Продуваемое тарханкутскими ветрами село Оленевка (историческое название – Караджа) примостилось между морем и солёным озером. Места здесь, прямо скажем, для жизни трудные: степь да степь кругом, каменистая почва, недостаток воды…
И тем удивительнее увидеть в полупустыне настоящий оазис. Среди густой зелени деревьев поднимается белоснежное здание, украшенное колоннами. И это не мираж, не фата-моргана. Чудо создал в конце XIX века один из крупнейших помещиков Крыма Павел Попов, движимый благородным желанием украсить суровую землю.
Северо-запад Тавриды
«Воля и ум человека дивное диво творят!» – хочется воскликнуть, когда представишь, сколько труда и денег было затрачено на то, чтобы буквально «на краю географии», посреди голой равнины, появился шикарный особняк, окружённый парком!
Жители Тарханкута во все времена отличались стремлением преобразовать, благоустроить свой край. Традицию заложили ещё две с половиной тысячи лет назад власти города-полиса Херсонеса Таврического (будущего Севастополя). Молодым херсонеситам предстояло выполнить трудную, но благородную задачу: освоить самый «край ойкумены» – северо-западную оконечность Тавриды. Поднимая целину и обеспечивая Херсонес зерном, юноши становились мужами (жён выбирали среди местных красавиц) и полноправными гражданами, располагающими собственными домами и земельными наделами. Так в античные времена в степи возникли многочисленные сельскохозяйственные усадьбы.
За тридевять земель
Спустя 25 веков подвиг молодых граждан Херсонеса повторил выдающийся государственный деятель другой эпохи Василий Попов. Его человеческие и деловые качества характеризует бессмертная формулировка из «Горе от ума»: умеренность и аккуратность. Эти черты отмечали все сильные мира сего, которым верой и правдой служил «в делах ловкий и опытный» канцелярист Василий Степанович: генерал-аншеф Долгоруков, князь Потёмкин, императрица Екатерина II, император Александр I.
Трудами и умом («человек с открытой головой» – так отзывалась о нём Екатерина II) заслужил Попов потомственное дворянство и огромное богатство. За долгие годы ревностной службы он успел обзавестись десятками тысяч десятин (по-нынешнему – гектаров) землицы в разных уголках империи, в том числе в Крыму.
«Экономия Тархан» стала для семейства Поповых неисчерпаемой кладовой. Тут выращивали зерно и виноград, ловили рыбу и разводили овец. При селении Караджа, на берегу озера, примыкающего к морю, построили дом для управляющего.
Отцы и дети
Через 70 лет новую жизнь вдохнул в Тарханкут правнук Василия Степановича – Павел Васильевич Попов.
Он родился в 1868 году. Окончил гимназию, поступил на математический факультет Санкт-Петербургского университета. Лето проводил в отцовских имениях в Крыму. Здесь и познакомился с Паулиной Моржицкой, дочерью управляющего караджинским имением. И безоглядно влюбился.
В 1888 году Паулина и Павел оформили свои отношения.
Деспотичный Василий Павлович впал в бешенство: сын пошёл против его воли! Мало того что вступил в брак с женщиной значительно ниже его по социальному статусу, так ещё и иного вероисповедания (поляки Моржицкие были католиками). Кара последовала незамедлительно: 20-летний Павел остался без главной папенькиной милости – прав на будущее наследство.
Попытки примириться с отцом и испросить прощение оставались безуспешными. Но тут вмешалось провидение. У Василия Павловича внезапно открылась чахотка. Помимо врачей, он обратился за молитвенной помощью к священнику Иоанну Сергиеву, клирику Андреевского собора города Кронштадта. Добрая слава о пастыре-молитвеннике уже гремела по всей России, и Павел попросил его повлиять на ситуацию. Вскоре батюшка прислал телеграмму: «Просил отца вашего. Он прощает и благословляет». Таким образом жизненно важный вопрос вступления Попова в наследство разрешился при участии будущего святого праведного Иоанна Кронштадтского.
Родовое гнездо
На основе полюбовного раздела имущества с братом Павел в 1895 году получил в собственность имение Караджа и приступил к его переустройству.
Для начала, как положено рачительному хозяину, организовал археологические раскопки. Недалеко от маяка расчистили руины античной усадьбы, обнаружили обломки дорогой заморской посуды, покрытой чёрным и красным лаком. Одно блюдо украшали изображения рыб, являвшихся источником благосостояния обитателей Тарханкута на протяжении всей его истории.
А на берегу моря – с выходом на широкий песчаный пляж – вырос господский дом. Летняя резиденция получилась шикарной! Белоснежные стены, колонны, аркады создавали впечатление итальянского палацетто эпохи Возрождения. Элегантное двухэтажное строение украшал бельведер – беседка в виде башенки, откуда открывался вид на окрестности.
Здание утопало в зелени прекрасного парка – декоративных и фруктовых деревьев, в цветах… Вдоль дороги, ведущей в усадьбу из села, высадили сотни кустов роз. И сегодня кое-где ещё можно видеть кусты шиповника, в который превратилось былое великолепие.
Символ стабильности бытия
К тому времени, когда Павел Васильевич начал обживать территорию, Караджа была довольно большой деревней и большинство жителей работали в имении Попова. Он оплатил открытие фельдшерского пункта, почтово-телеграфного отделения, строительство земской школы и паровой мельницы.
Стремясь обеспечить духовное окормление селян, хозяин принимает решение построить в Карадже церковь. Проект разработал академик архитектуры Николай Толвинский.
Храм в византийском стиле предполагалось возвести в центре села. Будучи математиком, Павел Попов рассчитал, что церковь, новый особняк и Тарханкутский маяк образуют на местности вершины треугольника. Видные издалека строения станут служить ориентирами для мореплавателей. К тому же общеизвестно, что три точки опоры обеспечивают наибольшую устойчивость конструкции, в том числе в жизни.
Однако по каким-то причинам к воплощению проекта так и не приступили, и через некоторое время под церковь перестроили обветшавшее здание школы. Храм освятили в память святой Варвары. Это имя носили прабабка и матушка Павла Васильевича. В 1894 году у него родился первый ребёнок – Варенька.
«Распалась связь времён…»
В 1900 году супруга подарила Попову сына – Мишеньку. Мальчик родился очень болезненным. Врачи диагностировали у него чахотку, рекомендовали свежий воздух и морские купания. Родители не отчаивались. Молились и надеялись, что целительные природные факторы Тарханкута – воздух, настоянный на ароматах моря и степи, море, горячий песок и целебная грязь расположенного рядом солёного озера – выгонят проклятую хворь.
Увы, чуда не произошло. Жестокая болезнь победила, и в 1909 году Михаил догорел как свеча на руках безутешной матери. Отпели ангелочка в Варваринской церкви и похоронили в склепе недалеко от дома.
Когда заполыхал пожар Первой мировой войны, патриотично настроенный Павел Попов обратился в инстанции с ходатайством «во внимание к заслугам его предков» – в первую очередь прадеда Василия Степановича – в деле присоединения Крыма к России именоваться Поповыми-Крымскими. Однако просьба хода не получила.
Великая российская смута застала Попова на полуострове. Понимая, что с советской властью ему не по пути, он с семьёй покинул родину в 1920 году. В памяти караджинцев сохранились сведения, что Павел Васильевич, исполняя просьбу жены, вывез гроб с телом сына.
Земной путь председателя Таврического объединения Союза русских дворян завершился в 1943 году в Париже, местом его упокоения стало «русское кладбище» Сент-Женевьев-де-Буа. На обширном французском погосте затерялась могила преобразователя Тарханкута.
А дому, можно сказать, повезло. Уже много лет в бывшей усадьбе Попова расположен пансионат «Солнечная долина». Администрация поддерживает территорию в достойном состоянии и даже создала небольшую, но содержательную экспозицию, посвящённую истории имения и славного рода Поповых.
Кирилл БЕЛОЗЁРОВ.
Источник: Крымская газета
